Автомобильный сервисРостов-на-Дону

Что делать, если автомобиль угнали

     Угон угону рознь. Все конкретные случаи можно разделить на четыре неравные группы.

      Первая – это автомобили, угнанные под заказ. Такие, как подсказывает практика, не находятся практически никогда – если только угонщик не допустит существенного промаха, что в таких случаях бывает крайне редко. Если вашу машину заказали, ей не помогут никакие “блэк-баги”, клиффорды, пластиковые карты и бронированные ворота гаража.

      Другое дело, что многие автовладельцы склонны преувеличивать криминальный статус собственного угона. Так и получается, что владелец свежеугнанного ВАЗ-21093 начинает вспоминать, что, вроде, и следили за ним, и у супермаркета пасли, и около дома некие подозрительные субъекты околачивались. Едва ли. Труд подозрительных субъектов тоже стоит денег. В случае простой “девятки” затраты не оправдаются. Заказывают, как правило, дорогие элитные автомобили – те, что стоят больше $50 000.

      Вторая категория – автомобили, угнанные на запчасти. Несмотря на расхожее мнение, таких машин очень немного – противоположное мнение активно внедряют сотрудники милиции. Им, понятное дело, куда проще объяснить владельцу, что его “ласточка” давно лежит в разобранном состоянии, чем заняться реальными поисками машины.

      Третья группа – это автомобили, угнанные гастролерами – те, что увозятся за пределы “места прописки”. Достать машину, которую перегнали, скажем, в Польшу, на Украину безумно сложно. Но угонщики последнее время не очень любят так работать: риск слишком велик, и куда проще получить деньги за машину, что называется, не отходя от кассы.

      Именно этот последний, четвертый способ и становится постепенно самым распространенным – машина остается в городе, а угонщики терпеливо ждут, когда за ней придут.

      Владельцу угнанного автомобиля надо смириться с тем, что платить все равно придется. Не бандитам, так милиции. Не милиции, так частным детективам – чтобы по своим каналам занялись независимыми поисками. Бандюки откровенно вымогают деньги за возврат машины. Милиция такого позволить себе не может, – но без перспективы “матпомощи” едва ли станет всерьез искать. С детективами вообще
все понятно – платят им не за результат, а за время, которое, как известно, может тянуться вечно.
Итак, ситуация: ночь, улица, фонарь. Машины нет. Что делать? Начало понятное – 02, рассказ о своих проблемах дежурному, объявление плана “Перехват” – внимание всех постовых города будет приковано к вылавливанию вашей машины из общего потока. Учтите только, что время угона вы указываете сами, а “Перехват” объявляется, если с момента кражи прошло не более 30 мин. Иначе, считают гаишники, перехватывать будет некого – автомобиль будет спокойно стоять в ближайшем отстойнике. А дальше – в местное отделение милиции, писать заявление об угоне.

      Почему-то очень многие обиженные автовладельцы любят прийти в отделение милиции и начать рассуждения о родственниках и друзьях в прокуратуре или КГБ. На любого нормального милиционера эти слова действуют почище красной тряпки на быка. Во-первых, милиционеры ненавидят напоминания о возможном контроле. Во-вторых, родственники в прокуратуре, в переводе на язык погон, означают, что денег с “клиента” получить не удастся. А милиция, как рассказывал один ее доблестный представитель, “работает за три вещи: за живые деньги, за карьеру или за личный интерес”. В отделении милиции, где вы пишете заявление об угоне, лучше забыть о глаголах “должны”, “обязаны” и прочих повелительных наклонениях. Гордость надо надолго и подальше запрятать. Нужно просить, говорить, что “один только вы мне помочь и можете”. В таких случаях мужественные сердца оперативников растапливаются.

      Не исключен вариант, когда опер предложит вам забрать заявление с тем, чтобы он “пошустрил” на предмет машины среди своих районных. Отказываться в этом случае едва ли стоит, – если оперативник такое предлагает, значит, предполагает, что машину увели свои, районные. А местную “братву” любой нормальный опер знает лучше своих пяти пальцев. Братва с человеком в погонах также прекрасно знакома, – и портить отношения с милицией из-за какого-то вшивого автомобиля не будет. Поэтому так важен факт отсутствия заявления, – подводить “своих” под статью не хочется, а так, по-человечески попросить вернуть машину вполне можно.

      Впрочем, назойливые попытки разжиться за ваш счет необходимо пресекать. Если милиционер предлагает оплачивать ему бензин и отремонтировать машину, лучше всего спокойно и твердо оформить свой отказ. В особо наглых случаях имеет смысл намекнуть на прокуратуру, – лишаться звездочек менты не очень любят.
В любом случае, как говорится, на опера надейся, а сам не плошай. Бандитам нужны деньги, милиционерам – бандиты. Пропавшая машина нужна только ее владельцу. Если пропажу обнаружили сразу после угона, стоит позвонить в службу спасения – 3000 спасателей с рациями на улицах – это не шутка.

      После необходимо распечатать ориентировки на автомобиль. Тут все просто – первый абзац с данными на машину – для милиции. Второй, с местом и временем угона – для местных бандитов и самих угонщиков. Третий – для возможных свидетелей угона или людей, которые могут опознать автомобиль. Сам текст не должен занимать больше трети листа А4 – иначе никто не будет читать. Ориентировка должна быть распечатана в больших количествах, – практика подсказывает, что для нормальных поисков необходимо не менее 1000 бумажек.

      Распечатанными ориентировками стоит загрузить всех своих близких, родственников и друзей – опыт говорит, что период острого сочувствия к жертве угона длится не более месяца. Именно в это время каждый раз при выходе из дома стоит раздавать листовок по 50 каждому домочадцу, – пусть раздает прохожим, клеит на столбах, отдает милиционерам в патрульных машинах. О пропаже машины должна знать каждая собака в районе. Это как предвыборная кампания, – чем больше людей о тебе знают, тем больше шансы на успех. После необходимо переписать адреса районных милицейских организаций по всему городу – и в каждую из них прислать солидное число ориентировок. Пятьдесят милиционеров выбросят бумажку, а пятьдесят первый оставит на столе. Был в Москве такой случай: один из оперативников с Петровки колол угонщика. Вдруг на своем столе случайно увидел одну из ориентировок, – и совпало! Случайно, конечно, но жизнь целиком соткана из таких случайностей.

      Сразу после угона полезно обойти район в поисках машины и свидетелей. Собачники, местные бомжи, дети в песочнице, строители, старушки – каждый может оказаться хоть чем-то полезным. Если есть след и он, к примеру, ведет в некие гаражи, то почти незаменимыми людьми могут оказаться знакомые пожарники. У них и только у них есть право беспрепятственно осматривать любые гаражи. Если машину угнали из гаража или стоянки, можно поспрашивать соседей – мало ли кто чего видел.

      А вот собственные связи переоценивать не стоит. Бритый и с цепью сосед-одноклассник или старый друг-майор, конечно, обещают помочь, – но в реальности вряд ли всерьез займутся вашей проблемой.
Тем не менее, вероятность того, что машина найдется сама или ее заметит один из доброхотов-наблюдателей, не такая большая. Чаще всего на ориентировки пристальное внимание обращают сами угонщики. Их позиция вполне понятна: проще отдать за вознаграждение машину владельцу, чем париться с перегоном и сбытом подпольного товара. Поэтому, совершив все необходимые действия, необходимо ждать контрольного звонка. Практика показывает, что если у угонщиков есть координаты владельца, они звонят в 80% случаев. И тут главное не пропустить реальную возможность вернуть собственную машину.
На первый взгляд телефонные разговоры угонщиков могут показаться шизофреническим бредом или детским розыгрышем. Главное – не обращать внимание на существительные, а слушать глаголы. Ключевые слова – “потеряли”, “купить”, “выкупить”, “вернуть”.

      Например, одному пострадавшему позвонили после тяжелого трудового дня: “вы кошечку не теряли, а то мы, похоже, вашу нашли. Измученный человек в грубой форме послал звонившего вместе с его кошечкой, – а ведь это был первый шанс вернуть собственную машину. Если вам удалось правильно понять смысл фразы, и вы согласились выкупить кошечку, барсеточку или документы, угонщики, скорее всего, назначат вам первую встречу. Туда лучше идти одному – ни милиция, ни свои бандиты ничего не смогут сделать, потому что официально человек, назначивший вам встречу, не замешан ни в каком криминале. Он просто хочет помочь вернуть потерянное. Если вы вызвали доверие у бандитов, они предложат вам – по телефону или лично – “помощь в нахождении потерянного”. Расценки обычно не превышают 20% от рыночной стоимости угнанного автомобиля. И здесь необходимо принять очень важное решение.

      С одной стороны, денег за свое добро платить никто не хочет. С другой – не хочется рисковать и собственной жизнью. Именно поэтому многие предпочитают платить. Тут есть свои маленькие хитрости – торговаться до последнего, не верить угрозам и истерикам угонщиков (это означает только, что они действительно нуждаются в деньгах), не приходить на встречи (кроме первой) одному. Но эти вещи в наше время знают даже дети. Гораздо сложнее все становится, когда человек принимает решение сдать бандитов милиции.

      Вообще тут работает древний принцип – “нет угона без погона”. Поэтому даже чтобы задержать реальных угонщиков, нередко приходится давать откупные милиции – их “крыше”. В любом случае милицию имеет смысл подключать, только когда есть четкая договоренность с бандитами о передаче автомобиля. Ни угонщики без машины (а, значит, и без доказательств), ни машина без угонщиков милицию особенно не интересует. Впрочем, в последнее время угонщики стали хитрее. Звонят и сообщают о встречах они вечерами в пятницу или субботу, или в праздники, – когда практически невозможно успеть поднять милицейский оперотряд. В таких случаях вариантов немного – и, скорее всего, придется платить.

      Искренне надеемся, что вам не понадобятся наши советы. И тут все дело в вашей внимательности – по статистике, 90% угонов происходят тогда, когда хозяин автомобиля не задействовал все имеющиеся противоугонные средства. Такая уж у этого хозяина психология. Но если машина все-таки потеряна, надо действовать и не делать глупых ошибок. Шансы на успех есть. А надежда, как известно, умирает последней.

     Денис Лавникевич